Толкования на От Матфея святое благовествование 1

Некоторых смущает, что Матфей перечисляет одних прародителей, нисходя от Давида до Иосифа, а Лука — других, восходя от Иосифа к Давиду. Вполне возможно, что Иосиф мог иметь двух отцов: одного — которым рожден, а другого — которым усыновлен. Ведь древняя традиция усыновления есть также и у этого народа Божьего, чтобы они приобретали себе сыновей, которых не рождали. Ибо, помимо того, что дочь фараона усыновила Моисея (она-то была чужестранкой), и сам Иаков самым очевидным образом усыновил своих внуков, рожденных Иосифом, говоря: И ныне два сына твои, родившиеся тебе до моего прибытия к тебе, мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон будут мои; дети же твои, которые родятся от тебя после них, будут твои (5 И ныне два сына твои, родившиеся тебе в земле Египетской, до моего прибытия к тебе в Египет, мои они; Ефрем и Манассия, как Рувим и Симеон, будут мои; 6 дети же твои, которые родятся от тебя после них, будут твои; они под именем братьев своих будут именоваться в их уделе. Быт 48:5−6). Поэтому получилось так, что стало двенадцать колен Израиля, за исключением колена Левия, которое служило при Храме; а с ним было тринадцать [колен], хотя у Иакова было двенадцать сыновей. Из этого становится ясно, что Лука поместил в своем Евангелии отца Иосифа, не от которого тот был рожден, но которым был усыновлен и прародителей которого он упомянул выше, пока не дошел до Давида. О согласии евангелистов. 2.3.5 Сl. 0273, 2.3.5.84.19; PL 34:1072−73.

После того, как Матфей сказал «Иисуса», он прибавил «Сына Давидова» для того, чтобы ты не подумал, что он говорит о другом Иисусе, ибо был и другой знаменитый Иисус, вождь евреев после Моисея. Но этот назывался сыном Навина, а не сыном Давида. Он жил многими поколениями раньше Давида и был не из колена Иудина, из которого произошел Давид, но из другого.

Почему Матфей поставил Давида прежде Авраама? Потому, что Давид был более знаменит; он и жил позже Авраама, и был славным царем. Из царей он первый благоугодил Богу и получил обетование от Бога, что из его семени восстанет Христос, почему все и называли Христа Сыном Давида. И Давид в действительности сохранил в себе образ Христа: как он воцарился на место отверженного Богом и возненавиденного Саула, так и Христос пришел во плоти и воцарился над нами после того, как Адам лишился царства и власти, которую он имел над всем живущим и над демонами.

С Авраама начинает евангелист родословие потому, что он был отцом евреев, и потому, что он первый получил обетование, что «о его семени благословятся все народы». Итак, прилично от него начать родословие Христа, ибо Христос есть семя Авраама, в котором получили благословение все мы, которые были язычниками и находились прежде под клятвою. Авраам в переводе значит «отец языков», а Исаак — «радость», «смех». Евангелист не упоминает о незаконнорожденных детях Авраама, например, об Измаиле и других, потому что иудеи происходили не от них, но от Исаака.

Видишь, что об Иуде и братьях его Матфей упомянул потому, что от них произошли двенадцать колен.

Иуда выдал Фамарь замуж за Ира, одного из своих сыновей; когда же этот умер бездетным, то он сочетал ее с Аинаном, который также был его сыном. Когда и этот лишился жизни за свою срамоту, то Иуда ни с кем уже не соединял ее браком. Но она, сильно желая иметь детей от семени Авраамова, сложила с себя одежду вдовства, приняла вид блудницы, смесилась с свекром своим и зачала от него двух детей-близнецов. Когда пришло время родов, первый из сыновей показал из ложесн руку, как будто первым родится он. Повивальная бабка тотчас отметила показавшуюся руку ребенка красной нитью, чтобы можно было узнать того, кто родится первым. Но ребенок увлек руку в чрево, и прежде родился другой младенец, а потом уже и тот, который прежде показал руку. Поэтому родившийся первым был назван Фаресом, что значит «перерыв», ибо он нарушил естественный порядок, а тот, который увлек руку, — Зарою. Эта история указывает на некоторую тайну. Как Зара прежде показал руку, а потом увлек ее снова, так и жительство во Христе: оно открылось во святых, которые жили прежде закона и обрезания, ибо все они не соблюдением закона и заповедей оправдались, но евангельскою жизнью. Посмотри на Авраама, который ради Бога оставил отца и дом и отрекся от естества. Посмотри на Иова, Мелхиседека. Но когда пришел закон, таковая жизнь скрылась, но как там после рождения Фареса позже снова и Зара вышел из чрева, так и по даровании закона позже воссияла жизнь евангельская, запечатленная красной нитью, то есть кровью Христа. Евангелист упомянул об этих двух младенцах потому, что рождение их означало нечто таинственное. Кроме того, хотя Фа-марь, по-видимому, и не заслуживает похвалы за то, что смесилась с свекром, но и о ней упомянул евангелист для того, чтобы показать, что Христос, принявший ради нас все, принял и таковых предков. Точнее: чтобы тем, что Он Сам родился от них, освятить их, ибо он не пришел «призвать праведников, но грешников».

Эта Руфь была иноплеменница; тем не менее, она сочеталась браком с Воозом. Так и церковь из язычников, будучи иноплеменницею и вне заветов, забыла народ свой и почитание идолов, и отца своего дьявола, и Сын Божий взял ее в жены.

Итак, Матфей излагает человеческое родословие Христа, упоминая предков, начиная от Авраама, которых он доводит до Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус (16 Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от Которой родился Иисус, называемый Христос. Мф 1:16). И не позволительно думать, что Иосифа следует отделять от этого брака с Марией, потому что она произвела Христа не от сожительства с ним, но оставаясь Девой. Ведь этим возвышенным примером показано, что верующие супруги могут также сохранять по обоюдному согласию воздержание, и потому брак называется не плотским смешением полов, но сохранением состояния духа, особенно потому, что от них смог родиться Сын без всякого плотского соития, которое допустимо только ради рождения сыновей. И Иосиф не был назван отцом Христа не по той причине, что родил Его не через плотскую связь (ибо в этом случае он считался бы отцом того, кого усыновил, хотя и рожденного не от его брака), а потому что иначе Христос справедливо считался бы сыном Иосифа, словно Он полностью произошел от его плоти. Так полагали те, кому было неизвестно о девстве Марии. Ведь и Лука говорит: Иисус, начиная Свое служение, был лет тридцати, и был, как думали, Сын Иосифов (23 Иисус, начиная Своё служение, был лет тридцати, и был, как думали, Сын Иосифов, Илиев, Лк 3:23). Однако Лука нисколько не сомневался, называя родительницей Иисуса не только Марию, но обоих Его родителей, когда говорит: Младенец же возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на Нем. Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи (40 Младенец же возрастал и укреплялся духом, исполняясь премудрости, и благодать Божия была на Нем. 41 Каждый год родители Его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи. Лк 2:40−41). И пусть никто не думает, что под родителями здесь следует понимать [только] единокровных родственников Марии с самой Его Матерью, что согласно с тем, что также и сам Лука сказал прежде: И отец Его и Матерь дивились сказанному о Нем. (33 Иосиф же и Матерь Его дивились сказанному о Нем. Лк 2:33) О согласии евангелистов. 2.1.2−3 Сl. 0273, 2.1.2.82.11; PL 34:1071−72. *** Итак, когда Матфей сам рассказал, что Христос был рожден не от сожительства с Иосифом, но от Девы Марии, для чего он называет Иосифа Его отцом, как не для того, чтобы мы правильно поняли, что он был мужем Марии без смешения плоти в соединении с супругой и потому гораздо в большей степени отцом Христа, Который был рожден от его супруги, чем если бы Он был им откуда-то усыновлен? Из этого видно, что слова: «как думали, Сын Иосифов (23 Иисус, начиная Своё служение, был лет тридцати, и был, как думали, Сын Иосифов, Илиев, Лк 3:23)» были сказаны из-за тех, кто полагал, что Христос был рожден от Иосифа так же, как рождаются другие люди. О согласии евангелистов. 2.1.3 Сl. 0273,2.1.2.82.11; PL 34:1072.

Итак, это число [сорок] того тяжкого времени есть таинство, благодаря которому с помощью учения Царя Христа мы боремся с дьяволом; оно также свидетельствует о том, что сорокадневный пост, то есть смирение души, почитался и в законе, и пророками — через Моисея и Илию1 , которые постились по сорок дней, и в Евангелии — через пост Самого Господа, Который в течение сорока дней был искушаем дьяволом2. Что иное это предобразует, как не искушение на протяжение всей Его земной жизни в Своей плоти, которую Он удостоил принять от нашей смертности? Также и после Воскресения Он пожелал пребывать на этой земле с учениками не более сорока дней3 , в течение которых Он пребывал [с ними] в человеческом общении этой жизни и принимал с ними пищу смертных, хотя Ему уже не предстояло умереть. Таким образом, в продолжение этих сорока дней Своим скрытым присутствием Он показал, что то, что обещал, будет исполнено, говоря: И се, Я с вами во все дни до скончания века (20 уча их соблюдать всё, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь. Мф 28:20). Почему же это число обозначает эту земную преходящую жизнь? Наиболее очевидной причиной представляется та (хотя, возможно, была и другая, более сокровенная), что и времена года сменяются, разделенные на четыре чередования, и сам мир ограничен четырьмя частями, которые Писание иногда упоминает под именем ветров: с востока на запад, с севера на юг4. С другой стороны, число сорок состоит из четырех десяток. Десять же, в свою очередь, составляется сложением чисел от одного до четырех. Примечания 1 — См. 28 И пробыл там [Моисей] у Господа сорок дней и сорок ночей, хлеба не ел и воды не пил; и написал [Моисей] на скрижалях слова завета, десятословие. Исх 34:28; 18 Моисей вступил в средину облака и взошел на гору; и был Моисей на горе сорок дней и сорок ночей. Исх 24:18; 8 И встал он, поел и напился, и, подкрепившись тою пищею, шел сорок дней и сорок ночей до горы Божией Хорива. 3Цар 19:8. 2 — См. 1 Тогда Иисус возведен был Духом в пустыню, для искушения от диавола, 2 и, постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал. Мф 4:1−2. 3 — См. 3 которым и явил Себя живым, по страдании Своем, со многими верными доказательствами, в продолжение сорока дней являясь им и говоря о Царствии Божием. Деян 1:3. 4 — Ср. 4 И станут ноги Его в тот день на горе Елеонской, которая перед лицем Иерусалима к востоку; и раздвоится гора Елеонская от востока к западу весьма большою долиною, и половина горы отойдет к северу, а половина ее — к югу. Зах 14:4 О согласии евангелистов. 2.4.9. С1. 0273, 2.4.9.90.1; PL 34:1075.

Матфей разделил роды на три части, чтобы показать иудеям, что находились ли они под управлением судей, как это было до Давида, или под управлением царей, как это было до переселения, или под управлением первосвященников, как это было пред пришествием Христа, — они не получали от этого никакой пользы в отношении к добродетели и нуждались в истинном судии, царе и первосвященнике, который есть Христос. Ибо, когда прекратились цари, по пророчеству Иакова, пришел Христос. Но каким образом от переселения Вавилонского до Христа четырнадцать родов, когда их оказывается только тринадцать? Если бы в состав родословия могла входить женщина, то мы причислили бы и Марию и восполнили число. Но женщина не входит в родословие. Как же это разрешить? Некоторые говорят, что Матфей поставил в счет переселение, как лицо.

Слово «сочетаться» здесь означает соитие. Прежде нежели сочетались они, Мария зачала, почему пораженный евангелист и восклицает: «оказалось», как бы говоря о чем-то необычайном.

Для чего Бог допустил, чтобы Мария была обручена, и вообще, зачем Он дал людям повод подозревать, что Иосиф познал ее? Для того чтобы она имела защитника в несчастьях. Ибо он заботился о ней во время бегства в Египет и спас ее. Вместе с тем она была обручена и для того, чтобы скрыть ее от дьявола. Дьявол, услыхав, что Дева будет иметь во чреве, наблюдал бы за ней. Итак, для того, чтобы лжец был обманут, Приснодева обручается Иосифу. Брак был только по виду, в действительности же его не было.

Как же Иосиф был праведен? В то время как закон повелевает изобличать прелюбодеицу, то есть объявлять о ней и наказывать, он намеревался скрыть грех и преступить закон. Вопрос разрешается прежде всего в том смысле, что уже через это самое Иосиф был праведен. Он не хотел быть суровым, но, человеколюбивый по великой своей доброте, он показывает себя выше закона и живет выше заповедей закона. Затем, Иосиф и сам знал, что Мария зачала от Духа Святого, и потому не желал изобличить и наказать ту, которая зачала от Духа Святого, а не от прелюбодея. Ибо смотри, что говорит евангелист: «оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святаго». Для кого «оказалось»? Для Иосифа, то есть он узнал, что Мария зачала от Духа Святого. Поэтому и хотел тайно отпустить ее, как бы не осмеливаясь иметь женой ту, которая удостоилась столь великой благодати.

Ибо она не только далека от незаконного смешения, но и зачала неким божественным образом, так что тебе надлежит более радоваться.

Это говорит ангел: «Ты, может быть, думаешь, что она — прелюбодеица. Я же говорю тебе, что она твоя жена», то есть она никем не растлена, но твоя невеста.

Этим показывает, что Иосиф боялся иметь Марию, чтобы не оскорбить Бога тем, что он покровительствует прелюбодеице. Или иначе: «не бойся», то есть бойся прикоснуться к ней, как зачавшей от Духа Святого, но «не бойся принять», то есть иметь в своем доме. Ибо в уме и помышлении Иосиф уже отпустил Марию.

Сыном Давида назвал его, напоминая ему о пророчестве, что Христос произойдет от семени Давида. Говоря это, ангел убеждал Иосифа, чтобы он не веровал, но подумал о Давиде, который получил обетование относительно Христа.

Здесь истолковывается, что значит слово «Иисус», именно-Спаситель, «ибо Он», сказано, «спасет людей Своих « — не только иудейский народ, но и языческий, который стремится уверовать и сделаться Его народом. От чего спасет? Не от войны ли? Нет, но от «грехов их». Отсюда ясно, что Тот, кто родится, есть Бог, ибо прощать грехи свойственно одному только Богу.

Не думай, что это недавно сделалось угодным Богу, — давно, изначала. Ты, Иосиф, как воспитанный в законе и знающий пророков, вдумайся в сказанное Господом. Не сказал «реченное Исайей», но «Господом», ибо не человек говорил, но Бог устами человека, так что пророчество вполне достоверно.

Евреи говорят, что у пророка стоит не «дева», но «молодая женщина». Им надобно сказать, что на языке Священного Писания юная женщина и дева — одно и то же, ибо молодой женщиной оно называет нерастленную. Затем, если бы родила не дева, то как это могло бы быть знамением и чудом? Ибо выслушай Исайю, который говорит, что «ради этого Господь Сам даст вам знамение» (Ис 7:14), и тотчас добавляет «се, Дева» и далее. Поэтому, если бы не дева родила, не было бы и знамения. Итак, евреи, замышляя недоброе, искажают Писание и вместо «дева» ставят «молодая женщина». Но стоит ли «молодая женщина» или «дева», во всяком случае, имеющую родить должно считать девой, чтобы это было чудом.

Евреи говорят: почему же Он назван не Еммануилом, а Иисусом Христом? Должно на это сказать, что пророк не говорит «наречешь», но «нарекут», то есть самые дела покажут, что Он есть Бог, хотя и живет с нами. Божественное Писание дает имена от дел, как, например: «нареки ему имя: Магер-шелал-хашбаз» (Ис 8:3), но где и кто назван таковым именем? Так как одновременно с рождением Господа было расхищено и пленено, — прекратилось блуждание (идолопоклонство), то поэтому и говорится, что Он назван так, получив имя от Своего дела.

Чтобы кто-нибудь не сказал: «но почему же я должен поверить тебе, что Родившееся есть от Духа?», ангел говорит о грядущем, именно, что Дева родит Сына. « Если в данном случае я окажусь правым, то ясно, что истинно и это — «от Духа Святаго». Не сказал «родит тебе», но просто «родит». Ибо Мария рождала не для него, но для всей вселенной, и не для него одного только явилась благодать, но она излилась на всех.

Посмотри на пробудившуюся душу, как быстро она убеждается.

Матфей постоянно называет Марию женою Иосифа, изгоняя худое подозрение и научая, что она была женою не другого кого-либо, а именно его.

Называет Его первенцем не потому, что будто она родила еще другого какого-либо сына, но просто потому, что Он первый родился и единственный: Христос есть и «первородный», как родившийся первым, и «единородный», как не имеющий второго брата.